Закрытие латвийского предприятия Rebir стало поводом для жёсткого заявления официального представителя МИД России Марии Захаровой о последствиях "евроценностей". По словам дипломата, страны, сделавшие ставку на ЕС, в итоге "стали обслугой" Евросоюза.
Ещё недавно завод Rebir в латвийском Резекне продолжал выпускать электроинструменты. Несмотря на почти 60 лет работы, предприятие готовят к ликвидации. Причиной называют потерю ключевых рынков сбыта после введения санкций против России и Белоруссии.
Решение об остановке работы приняли акционеры предприятия. При этом ситуация выглядит неоднозначно: Rebir не был убыточным и не имел налоговой задолженности. Однако после сокращения прежнего экспорта руководство не смогло найти направления, которые позволили бы сохранить производство в прежнем формате. Попытки наладить поставки через Турцию и Казахстан результата не дали, а выход на западный рынок требовал значительных финансовых вложений.
Эту историю прокомментировала представитель МИД России Мария Захарова. В комментарии РИА Новости она связала происходящее с общим политическим выбором стран, которые ориентировались на европейскую интеграцию и ограничение экономических связей с Россией.
Все, кто выбрал «европейские ценности», стал обслугой Евросоюза, утратив свою промышленность, с/х, образование и суверенитет,
— заявила Захарова.
Очевидно, что дипломат подразумевает не только конкретные экономические потери. Речь идёт о более масштабном изменении положения государств, которые после распада СССР сделали ставку на западный политический и экономический курс.
Страны Балтии действительно постепенно переориентировали свою внешнюю и экономическую политику после распада СССР. Латвия, Литва и Эстония в 2004 году одновременно вступили в Евросоюз, а затем ещё глубже интегрировались в европейскую экономическую систему.
Однако история Rebir показывает, что такой разворот имеет и обратную сторону: предприятия, ориентированные на прежние рынки, сталкиваются с необходимостью искать новых покупателей. В случае латвийского производителя быстро заменить русское и белорусское направления не удалось.
Таким образом, история Rebir стала не просто новостью о закрытии одного завода, а поводом говорить о более широких последствиях курса, который Латвия и другие страны региона выбрали после распада СССР.